Для нашей планеты процесс экономической и культурной глобализации не проходит бесследно - мир постепенно становится мультирелигиозным. В значительной степени этому способствует быстрое распространение ислама. В Америке живет около 6 миллионов мусульман, практически все они - граждане Соединенных Штатов, а их инфраструктура растет и расширяется. В Западной и Центральной Европе (включая территорию Боснии и Герцеговины), из-за миграции трудовых ресурсов, большого количества иностранных студентов и беженцев насчитывается около 20 миллионов мусульман; из них 4 миллиона живет во Франции, три - в Великобритании, и 2,5 - в Германии.
               Благодаря тому, что исламу присуща терпимость к "народам писания", мусульманский мир всегда был мультирелигиозным. Ислам распространился на бывшие христианские территории - Ближний Восток, Северную Африку, Испанию, Византию, Балканы, - не вытесняя христианские общины. Живой пример этому - ситуация в Каире, Дамаске и Стамбуле, Греции и Сербии. Ислам - религия, уделяющая особое внимание христианству (отсюда термин "исламская христиология"). Коран в значительной степени сосредотачивается на жизни иудейских пророков (в частности, на Моисее), поэтому на всей территории от Ближнего Востока и до мусульманской Испании, а впоследствии в Северной Африке и Оттоманской империи мусульмане мирно соседствовали с обширными еврейскими поселениями. Вот почему исламская юриспруденция разработала первый в мире либеральный кодекс для религиозных меньшинств "Аль-сийяр".
               На западе отношения между религиями развивались совсем по иному сценарию. Даже между христианскими церквями здесь сквозила религиозная нетерпимость; многие течения были объявлены вне закона (возьмем в пример первого Экуменический Совет в Нике в 325 году), их участники уничтожались (как были преследуемы донатисты в Северной Африке в 5 столетии и Альбигены с Касари в 13 столетии). Некоторые из участников становились жертвами крестовых походов (как было в Константинополе в 1205 году), или изгоями. Изнурительная война в Германии между протестантскими и католическими князьями, длившаяся тридцать лет (с 1618 по 1648 год), серьезно опустошила карманы местных жителей.
               Учитывая все эти обстоятельства, а также девиз церкви "экстра экклезия нуллюм салюс" (вне церкви нет спасенья), мусульманам не остается надеяться даже на минимальную терпимость к своей религии. Изгнание мусульман и евреев из Испании в шестнадцатом столетии - первый случай "этнической чистки" в современной, исторически сформировавшейся Европе, "свободной" от мусульман. Между исламским и христианским миром процветало сотрудничество в области торговли, науки, развивались дипломатические миссии, но мусульмане не появлялись на западе вплоть до 20 столетия. Неудивительно, почему теперь им трудно почувствовать себя гражданами на западе. Для этого просто не существует исторического прецедента. Более того, с лица земли исчезли исторические свидетельства крестоносцев и древние записи со времен Оттоманских походов на центральную Европу. Католическая церковь тоже не до конца исправила свое негативное отношение к исламу. Не взирая на то, что со времен Второго Ватиканского Совета она считает ислам путем к спасению, она по-прежнему не относится к Мухаммеду, как к тому, кто ведет по этому пути, и отказывается считать Коран Божественной книгой. Безусловно, на подобное отношение, к сожалению, повлияли неблагоприятные происшествия внутри мусульманского мира: дело Салмана Рушди, вторая война в Персидском Заливе и резня в Алжире. Следовательно, то, что проявляется, как дискриминация против мусульман-иммигрантов, часто является результатом реального страха перед быстро растущим населением иностранцев, которых считают непримиримыми и агрессивными. В этом плане ислам рискует стать скорее жертвой этнических, нежели религиозных предрассудков. Приведем грубый пример: человек с улицы Кельна не знает, что ислам не принимает понятие Троицы - для него это не важно! Он считает ислам цивилизацией, которая так сильно отличает турков от других жителей запада.
               Поэтому мусульмане всего мира нередко задаются вопросом, который задавали себе последователи ислама еще 500 лет назад в Испании: можно ли мусульманину жить в тех странах, которые еще называют "дар аль-харб" или "дар аль-куфр"? Но ведь известно, что еще пророк отправил группу мусульман из Мекки в христианскую Эфиопию (615-622). Некоторые из улама, включая имама Абу Ханифа, не одобряют постоянное проживание мусульман на немусульманских территориях. В то же время имам Шариф считал, что мусульмане могут расселяться за пределы своих земель, полагая, что они будут продолжать практиковать ислам и не поддадутся миссионерским усилиям христиан. Уже в восьмом столетии имам Джафар аль-Садик выдвинул теорию о том, что мусульмане будут служить исламу лучше, проживая на исторически чужих территориях. Спустя три столетия с этим согласился Аль-Маварди. Позже мусульманские ученые прониклись либеральными взглядами, и даже возникла теория о своеобразных очагах "дар аль-ислам" на немусульманских землях, и о том, что мусульмане-эмигранты должны освобождаться от соблюдения некоторых законов шариата, если такая необходимость возникнет по принуждению (аль-икра), из-за трудностей (дурура) или выгоды (маслаха).
               Сегодня, во времена третьей индустриальной революции, революции коммуникационной, не остается никаких сомнений в том, что мусульмане, проживающие в немусульманских странах, никак не контролируются фикхом (исламским законодательством). В действительности, такие концепции, как дар-аль-ислам и дар аль-харб фактически потеряли свою значимость. В то же время мусульманам, живущим на западе, не составляет никакого труда успешно практиковать основы своей религии, и вот почему. Во-первых, запад стал нерелигиозным до такой степени, что он терпит практически все, что относится к любому вероисповеданию, считая это "личным делом каждого". Во-вторых, свобода вероисповедания стала частью закона о правах человека и универсальных конвенций. Исламские исследовательские институты действуют здесь без всякой цензуры; везде от Загреба до Рима и Лиона можно встретить мечети, а исламские общины плодотворно сотрудничают со странами мусульманского востока. Если эта тенденция будет развиваться и в двадцать первом столетии (а я искренне верю и надеюсь, что будет), ислам в Европе станет тем, что считается "нормальным". Известно, что со временем конфронтация между религиями ослабевает (тому пример германский конфликт прошлого столетия между католической и протестантской церковью; теперь же во многих немецких городах и даже деревнях можно увидеть в самом центре города протестантскую церковь, которая мирно стоит напротив католической), однако пока, увы, этого нельзя сказать про ситуацию с исламом.
               Чтобы ислам стал "нормой" для запада, естественно, потребуются определенные шаги навстречу со стороны мусульман. В какой степени приверженцы этой религии могут поступиться своими принципами? Могут ли они стать равноправными гражданами запада, не потеряв свою индивидуальность (и вместе с тем, свою веру)? В общих чертах, мусульман отличает от немусульман следующие четыре аспекта:
               1. Внешность: мужчины носят длинные бороды и восточные халаты с поясом (а также иногда другие национальные костюмы). Женщины придерживаются строгих исламских канонов одежды, которые зачастую не имеют ничего общего с модой. Большинство мусульманского населения даже во втором поколении разговаривают с сильным акцентом.
               2. Традиции кухни: мусульмане не принимают алкоголь и другие опьяняющие вещества, а также свинину и кровяную колбасу. Животные, мясо которых они собираются принимать в пищу, должны быть заколоты по ритуалу.
               3. Ритуалы: мусульмане молятся 5 раз в день, и в середине рабочего дня делают перерыв или два для молитвы; они празднуют свои религиозные праздники, в определенные дни отправляются в паломничество, строят мечети с минаретами, и хоронят умерших по особому ритуалу, что расходится с местными традициями.
               4. Вера: мусульмане не признают основные догмы христианской религии (божественность Христа, троицу, первородный грех, смерть Иисуса на кресте). В исламе не существует никаких отношений между мужчиной и женщиной вне брака, что считается весьма нетипичным для западного общества. Также считается, что мусульмане занимают особую позицию относительно демократии и прав человека.
               Безусловно, процесс адаптации мусульман будет во многом зависеть от того, захочет ли запад смириться с их "несхожестью", а также от того, насколько мусульмане смогут и захотят пойти на компромисс. Со стороны последних можно ожидать такие уступки только в том, что касается исламской цивилизации, но не веры. К примеру, касаемо вышеперечисленных 4 пунктов, не может быть никакого компромисса относительно пунктов 3 и 4, так как не может быть свободы действий в акиде и ибаде. Стоит сразу же отбросить устарелую идею ханафи об освобождении мусульман-эмигрантов от некоторых положений шариата, иначе процессу ассимиляции не будет конца, и мусульмане станут жертвовать своей верой. Один из таких моментов - это запрет на проценты с суммы, одалживаемой или взятой в кредит. Если мусульмане откажутся от этого принципа, как они смогут пропагандировать свою систему экономики, свободной от многих болезней экономики запада?
               Что же касается первого и второго пункта, здесь существует значительное пространство для адаптации. Мусульмане запада отнюдь не обязаны есть руками, сидеть на полу и чистить зубы после еды палочкой из дерева сивак. Они могут снять национальную одежду, а также позволить женщине сделать свое исламское платье эстетически привлекательным. Своим примером они должны убедить людей, что ислам - отнюдь не специфическая религия арабов (как иудаизм считается этнической религией для евреев). Результатом этого должен стать не "европейский" или "американский" ислам, не говоря уж об исламе французском и бельгийском, а ислам для всех людей, независимо от расы и культуры. До тех пор, пока марокканского мусульманина будет легко отличить от пакистанского, а турецкого от сенегальского, ислам не будет восприниматься универсальной религией.
               Мусульманские интеллектуалы должны сыграть большую роль в процессе ознакомления запада с исламом. Прежде всего, западному обывателю необходимо доказать, что ислам является религией не обскурантистов, а рационалистов. Какое священное писание обращается к разуму человека чаще и решительнее, чем Ку’ран? Не начинает ли ислам свой призыв со слова "читай"? Вместо этого, христианское вероучение базируется на "таинствах" и экстрарациональных гностических концепциях. Именно ислам дал ответ на философски неразрешимую дилемму между предопределением (судьбой) и ответственностью, с чем позднее полностью согласится интеллектуальный мир запада.
               На мусульманских интеллектуалах, живущих на западе, лежит еще одна важная миссия: вдохнуть в ислам на западе новую жизнь. Дело в том, что многие восточные эмигранты практикуют свою религию, как монотонную и нудную традицию, которая впечатляет скорее своей рутиной, нежели духовным содержанием, и в этом трудно узнать тот истинный ислам, который, являясь "живым" вероисповеданием, призван удовлетворить все духовные стремления эмансипированного индивидуума.
               Только они, восточные интеллектуалы запада, могут развить организационную инфраструктуру в мусульманской общине, которая бы позволила мусульманским лидерам построить свои отношения с местными властями на высшем уровне; и только они могут обеспечить людей необходимой литературой для эффективного дауа. Снова и снова доказано, что исламские книги, поступающие из мусульманского мира, обычно не подходят для западной аудитории. В этом можно винить опечатки и плохой перевод, однако, основной причиной непонимания между жителем востока и запада является поражающие расхождения в культуре и образе жизни. И кто, как не западный мусульманин, может понять и почувствовать, о чем думает его аудитория, какие проблемы ее волнуют. В этом отношении очень важно, чтобы исламский интеллектуал правильно объяснил западному слушателю позицию ислама относительно прав человека (и женщины, в частности) и демократии.
               В исламе очень большое значение имеет распределение социальных ролей между мужчиной и женщиной. Мусульмане не могут и не должны отступаться от изречения Бога о том, что мальчики не такие, как девочки:
               "Когда она разрешилась от бремени, то сказала: "Господи! Я разрешилась девочкой.- Но Аллаhу лучше [было] знать, кем она разрешилась, ведь мальчик не то, что девочка" ("Сура 3 "Семейство Имран", аят 36).
               Что же касается позиции относительно демократии и прав человека, то на основе Кур’ана и Сунны можно смело утверждать, что исламский закон ни в чем не противоречит их постулатам. Даже более того, модель исламской демократической республики заведомо предполагает разделение власти и судебного контроля на основах закона, защищает права человека и применяет многопартийную парламентскую систему со свободными выборами амира и шура.
               Итак, совершив обзорный экскурс в историю и сравнив ситуацию прошлых лет с современной ситуацией ислама на западе, мы можем задать себе вопрос: какие перспективы существуют у этой религии в нынешнем, новом столетии? Сотрется ли ислам в процессе ассимиляции, забытый третьим поколением эмигрантов, которые, как и два предыдущих поколения, клюнут на удочку западной потребительской системы? Станет ли Европа искоренять ислам? Допускаю, что все из вышеперечисленного возможно. На поверхностный взгляд, у ислама есть неплохие перспективы благодаря превалирующей на западе идеологии постмодернизма. Модернизм - высокомерное убеждение, которое ставит человека превыше всего в этом мире, и полагающее, что его разум в силах дать ответы на все вопросы. Этот образ мышления угрожает низвести мусульманский мир в нечто наподобие зоосада, изолированного резервуара обскурантизма, фанатизма и нетерпимости. В отличие от модернизма, постмодернизм превозносит все особенное, маргинальное. Постмодернизм - идеология так называемых зеленых движений, эмоционально поддерживающих страны третьего мира и их культуру. Некоторые современные тенденции появляются весьма кстати для ислама: напуганные скандалами с едой и болезнями животных, многие западные люди теперь более сознательно, чем когда-либо относятся к здоровой еде и не едят свинину. Всесильная американская индустрия табака стоит перед угрозой финансовых потерь. Все это может помочь людям запада оценить исламскую позицию относительно еды и наркотических веществ. Западные феминистки признали, что было глупо с их стороны добиваться абсолютной идентичности с мужчиной, и стремиться подражать ему даже во внешнем виде. Но их основная цель - защитить достоинство женщины и спасти ее от сексуальной эксплуатации мужчиной, - полностью совпадает со стремлениями ислама. И это тоже может помочь европейцу сделать шаг навстречу этой религии. В конце концов, людям надоел атеизм, и теперь не только в относительно религиозной Америке, но и в ранее атеистической Европе стала стремительно возрождаться религия. Постепенно вероучение о воскрешении и троице стало терять свою силу, и люди относятся к нему с неким сомнением даже в христианских церквях. Все эти факторы будут только на руку исламу.
               Тем не менее, несмотря на кажущиеся радужными перспективы, ислам может столкнуться на западе с серьезными препятствиями. Либеральность постмодернизма благоприятна для любых религиозных меньшинств, кроме мусульман. Увы, их по-прежнему считают опасными, агрессивными и нетерпимыми. Движение зеленых, большие поклонники постмодернизма, призывают к легализации наркотиков, двигаясь в направлении, оппозиционном исламу. В то время, как на западе ислам принимает больше женщин, чем мужчин, среднестатистическая западная женщина является самой ярой противницей ислама, считая, что эта религия одним махом перечеркнет все права и свободы, которых она добивалась с большим трудом на протяжении нескольких столетий.
               В процессе возрождения религиозных течений были созданы фанатические антиисламские христианские группы, основная цель которых - искоренение ислама из Европы. Даже президент Протестантской церкви германского штата Хессе, доктор Штейнакер, в письменных и телевизионных обращениях продолжает настаивать на том, что христиане и мусульмане "не имеют общего Бога", подразумевая, что Аллаh - просто идол.
               То, какие из этих тенденций возьмут верх, будет во многом зависеть от того, сможет ли запад принять ислам как часть своего культурного наследия. Под культурным наследием запада обычно подразумеваются христианско-гуманистические традиции, и иногда иудаизм, но определенно - не ислам. Необходимо напомнить западу, что все три монотеистические религии родились на Ближнем Востоке, и что христианство впитало намного больше теорий и элементов восточной мысли, чем ислам. Запад также должен помнить, что cамый большой город на европейском континенте - Стамбул, - мусульманский; Испания была исламской гораздо дольше, чем католической, и западное Возрождение было бы немыслимым без научного и культурного наследия ислама.
               Другими словами, мусульмане запада должны внушить среднему европейцу идею о том, что ислам на этой территории отнюдь не нежеланный гость. Эта религия принадлежит Европе и Америке в такой же степени, как и христианство. Ислам - религия не турков и арабов, это религия для всех людей в мире, которую практиковал еще Ибраhим (Авраам), наш общий праотец.
                            Автор: Мурад Уилфрид Хофманн
                            перевод с английского: Нина Стрелковская
                             Источник: islamua.net